Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

Силуэт

Продолжаем разговор

                  Написать этот пост побудила меня евгеническая дискуссия, в которой я принимал некоторое участие (завязавшаяся не так давно на просторах сообщества igry_razumov В силу проблем с и-нетом своевременно высказываться и возражать не успевал, а теперь так думаю уже и не стоит, - поезд ушёл. Вместе с тем сам вопрос уж больно интересен и обширен – от проблем феминизма и полового воспитания в школе к перспективам семьи как общественного института, кроме того мне захотелось заглянуть и несколько дальше, а потому решил вот разразиться на собственной страничке.
Начну с того, что вспомню немодных нынче классиков марксизма, а именно Фридриха нашего Энгельса, точнее – его работу «История семьи, частной собственности и государства» (сама работа – развёрнутая критическая статья на труд некоего Г.Моргана, если ничего не попутал). Суть работы (если отвлечься от частностей), такова: первоначально человеческое сообщество существовало в виде так называемого первобытного человеческого стада, в котором напрочь отсутствовало понятие собственности вообще, а уж частной (и даже личной) и подавно. Не существовало в этом стаде и того, что нынче мы называем словом «семья», вместо неё существовали беспорядочные половые связи (половой промискуитет).
В связи с этим определить отца родившегося ребёнка зачастую было просто невозможно, в то время как мать, напротив – была хорошо известна. Отсюда – матрилинейный счёт родства (такой-то (такая-то), сын (дочь) такой-то матери). Но классик не был бы классиком, если бы не подвёл под эти выводы ещё и экономического обоснования (или как любили говорить марксисты – базиса). А оно таково: удача в охоте на мамонта и иного зверя, - штука переменчивая. Сегодня охота была удачной и всё племя имеет возможность обожраться от пуза, а завтра? А завтра мамонт может не встретиться, не попадёт в расставленные на его пути ловушки, да просто убежит! И что тогда?
То есть охота и рыбалка – дело во многом случая. Меж тем кушать хочется всегда, так что при отсутствии вкусных мамонтов подойдут и постные корешки да ягодки с грибочками. Следовательно кормило (регулярно) древнего человека всё ж таки собирательство.
И тут впереди, на лихом коне оказывается как раз женщина, которая худо-бедно (пока мужики гоняют мамонтов с сомнительным впрочем результатом) корешков-то накопает. Иначе говоря, - именно женщина в этот период – основа экономического благополучия племени, она же (как указано выше), - чуть ли не единственный достоверно известный родственник рождавшихся детей. И что мы имеем в итоге? В итоге товарищи, мы имеем Матриархат. Замечу, - никакого господства-подчинения кого-то там кому-нибудь (предполагается подчинения мужчин женщинам), - нету! То есть все разговоры о том, что-де Матриархат, - это господство женщины, оказываются не более чем заблуждениями.
Меж тем время идёт, совершенствуются орудия труда, - появляется сверление, пиление и шлифовка, на смену ручному рубилу и прочим каменным топорам приходят сперва изделия из бронзы, а потом и вовсе – из железа! Попутно идёт приручение (одомашнивание) ряда диких прежде животных. То есть появляется так называемый «прибавочный продукт», а вместе с ним и возможность делать запасы, не съедая всё и сразу. В итоге происходит то, что исследователи именуют «неолитической революцией», - переход от «присваивающей» экономики к производящей.
И вот тут начинается совсем другая история: раз есть запасы, значит есть то, что можно присвоить. А присвоить это что-то, может лишь более сильный и умелый. Так возникают межплеменные войны, которые ведутся не за территорию обитания, а за «богатства», то есть за имущество других племен (древнейшие войны – это в основном бессистемные набеги с целью поживиться за счёт соседей).
Само общество тоже не стоит на месте, - в нём появляется сначала социальная дифференциация (основанная сперва на уважении соплеменников и/или личных качествах индивида), а следом за нею и дифференциация имущественная (опять же как следствие наличия в обществе прибавочного продукта). Кроме того, под влиянием как раз естественной необходимости защищаться от агрессивных соседей или напротив, - потребности более-менее регулярно устраивать набеги самим, возникает сначала подобие ополчения (где каждый мужчина начиная с определенного возраста – воин), а потом и вовсе - регулярная дружина.
Ополчению-дружине нужен лидер (не обязательно вождь племени), - военный вождь, которого в исторической традиции именуют словом «сахем» (к слову, археологи так в шутку называют научного сотрудника, занимающегося в полевых условиях первичной обработкой археологического материала).
Сахем в свою очередь обладает главным качеством, необходимым лидеру, - помимо почёта и уважения он опирается ещё и на вооружённых соратников. Дальше перекидываем мостик от сахемов – к правителям, как предтече царской (королевской) власти и получаем некое протогосударство, со всеми его институтами. А власть лучше передавать по наследству, в соответствии с династийными принципами. Следовательно вернёмся к проблемам семьи. На чём мы остановились, на Матриархате? Полноте, те времена давно прошли! То есть как только появился пресловутый прибавочный продукт, появилось и желание сказать: «Это моё!», а это уже – начатки формирования понятия «соственность». И если раньше самым суровым наказанием для человека было – изгнание из племени, - ведь такой человек был беспомощен перед силами и явлениями природы (от молний и наводнений до агрессивной фауны), а значит и заведомо обречён, то теперь возникают ярко выраженные центробежные тенденции, - возрастает стремление обособиться, не обрывая однако системных связей с соплеменниками. Отсюда переход от кровнородственной общины, - к соседской.
Под воздействием указанных тенденций существовавший прежде промискуитет начинает утрачивать позиции, уступая место парному браку, а постепенно – и семье в современном примерно смысле (Энгельс со ссылкой на Моргана перечисляет типы существовавших браков, но на этом сейчас заострять внимания не будем, кому интересно почитает сам). То есть отец ребёнка уже известен наверняка, орудия труда (и оружие) уже не столь примитивны, как прежде, а значит имеет место всё тот же прибавочный продукт – семья получает его сама и имеет возможность сама же его и расходовать и делать запасы (вопросы налогов и государственных податей оставим пока в стороне, как не имеющие прямого отношения к теме), таким образом налицо явная трансформация произошедших общественных отношений: основой экономического благополучия этого общества уже становится мужчина, что обусловлено как наличием систематического и тяжёлого физического труда (при возделывании сельскохозяйственных угодий, где наличествуют «тяжёлые» почвы (пахотное земледелие), либо при проведении ирригационных работ (в цивилизациях «речного типа» (Египет, Месопотамия, др.)), так и отношением к мужчине как к защитнику жизни и имущества семьи, а следовательно место Матриархата занимает Патриархат.
А вот тут-то вопрос зачастую уже стоит именно о господстве и подчинении. Возникающие так называемое обычное право, а следом за ним – и правовая система, всячески стремятся закрепить существующий порядок вещей: у многих народов женщина сведена к роли прямо сказать второ- и третьестепенной, зачастую никаких прав либо не имеющей вообще (как например у ряда народов, населяющих Индию), либо имеющей, но в сильно урезанном виде (достаточно сказать, что даже у цивилизованных римлян, давших миру пресловутое «Римское право», женщина до конца жизни находилась под опекой мужчины: отца, мужа, брата или даже сына), а роль мужчины (отца) напротив, - всячески превозносится: в традиционных обществах ей даже придаётся ярко выраженный сакральный характер.
Заканчивая экскурс, подведём итоги: итак мы выяснили, что развитие общественных отношений строится именно в том порядке, в каком они и обозначены у Моргана и Энгельса (замечу, что марксисты вопреки распространённому мнению не были так уж во всём неправы), то есть от возникновения семьи, к частной собственности и государству. Ну вот. Теперь дальше.
Так продолжалось до тех пор, пока существенные подвижки в развитии «производительных сил» (цехи-мануфактуры-фабрики) не вызвали великих потрясений в общественной жизни, - потребности изменения «надстройки» (главное среди этих потрясений, – пожалуй Великая Французская буржуазная революция), когда стал меняться сам вектор указанных уже общественных отношений, - от «Либере, Эгалите, Фратерните», - к уравниванию в правах лиц обоего пола (кстати, именно эта революция разрешила (пожалуй впервые) разводы). Закрепили данную ситуацию как возникшая в последствии технократическая цивилизация, переставшая остро нуждаться в постоянном применении именно грубого физического труда, так и различные суфражистские и иные феминистические движения, добивавшиеся (и в конце-концов добившиеся) для женщин сперва избирательного права, а в последствии и полного уравнивания в правах.
На этом фоне происходит изменение конвенциональных ролей, - увы и ах, но мужчины зачастую не выдерживают темпа такой жизни и не достигают намеченных (хорошо если) целей: раньше от него требовалось быть защитником, кормильцем, добытчиком пищи. Теперь этого требуется всё меньше, что поделать - оборотная сторона прогресса. Отсюда лучший выход – это уход. От реальности. Через алкоголь, наркотики и прочие непотребства. Добавьте к этому опять же экономическую составляющую, - женщины зачастую лучше устраиваются в жизни, имеют более высокие доходы, а значит наличие для них кормильца и пресловутой «каменной стены» становится делом как бы и второстепенным, ведь файненсл индепенденс уже имеется, следовательно наличие мужчины сводится, пардон, к банальному удовлетворению потребностей. Естественных, физиологических.
То есть экономическая составляющая семьи ТАКОЙ женщины, - подмыта изначально. Иначе говоря именно она – «глава семьи». Теперь представьте мужчину, который будет (и главное сможет) находиться с нею рядом постоянно (допустим, он ей нужен именно постоянно).
Итак, «если у женщины больше зарплата или она занимает более высокую должность, - это уже не семья», - говаривал Алексей Баталов в роли Гоши-Гоги из «Москва слезам не верит». То есть натура цельная и целеустремлённая с такой женщиной уживётся вряд ли, - очень уж щепетилен и самодостаточен, а она слишком волевая и независимая, – как топ-менеджер привыкла разговаривать языком директив и не может оставлять всё это на работе, а домой приходить кроткой и послушной. Значит этот вариант отпадает. Дальше. Тихоня-подкаблучник, который сидит дома (зачастую), готовит обеды-ужины, смотрит за детьми, за домом. И живёт какой-то своей жизнью, где-то глубоко-глубоко в себе, где ещё остались осколки собственного «я». Скучно… и часто «лучше будь один, чем вместе с кем попало». Ещё есть мачо-альфонс, с которым не стыдно показаться на публике. Но! Ему постоянно нужны деньги на разные неотложные мужские нужды: дорогие авто, казино, женщин… - это часто его рядом с нею и держит, вопрос – надолго ли? Такой бывает нужен, но уж точно не навсегда. И что мы имеем в сухом остатке? Или тихоня-подкаблучник, или никого. То есть её семья, - это её карьера, при обязательном показе своей самости, где вся она такая-растакая и ей есть чем гордиться, - вот вам и пресловутые стервы-феминистки (часто – не от хорошей жизни кстати). Налицо полная подмена понятий. И это семья? И это – счастье? Увольте-с, это всего лишь иллюзия («… и не замечают как плачет ночами та, что идёт по жизни смеясь»).
Ну это ещё ладно, теперь самое время перейти к вопросам о перспективах семьи именно как общественного института. На мой взгляд традиционная семья сейчас находится в глубоком и затяжном кризисе, о причинах которого попытался высказаться. Но ведь она – исходник государства! Как ни пафосно, не патетично это звучит, но она таки да, - ячейка общества, первичная замечу. Ну вот эта ячейка в развале. И вновь мы имеем то, с чего начинали, - банальный половой промискуитет, правда в силу совсем иных причин, нежели у древнего человека. В силу того, что взросление физическое опережает взросление морально-психологическое, начинаются эти связи в подростковом, а порою и почти в детском возрасте: как вызов общественному мнению, стремление подростков показать собственную зрелость и взрослость, а зачастую, - в силу банальной потери нравственных ориентиров самим обществом. Но если их (ориентиров) нет у общества, - государство их уж точно никогда не создаст, сколько не носись Путин с пресловутой «национальной идеей», - не его (государства) это задача, а значит не справится оно, не потянет, факт.
Много пишут, какой быть семье в новых условиях и быть ли вообще, - выдвигается в том числе и тезис о маме с детьми и приходящим папой, где с детьми сидят уже не родители а сиделки-профессионалы (чем-то мне это смутно напомнило Платона с его "Государством"), в силу чего семья становится эдакой подвижной и весьма аморфной структурой. Не знаю, может и доживу посмотреть на эдакое чудо, отголоски которого вижу уже сейчас.
Но мне больше другое интересно: как указано выше, государство условно говоря «выросло» из семьи и как бы благодаря ей. В случае кризиса семьи на частной собственности это отразится вряд ли, оно и понятно. А на государстве как таковом? То есть влияют ли следствия на саму причину (с точки зрения банальной эрудиции не должны бы, но тут, как мне представляется случай уж больно особенный). А в случае совсем уж отмирания семьи как пережитка и возврата хоть к парному браку хоть к пуналуальной семье, хоть бы даже к упоминавшемуся промискуитету, или к какой-то совсем уж неведомой форме сосуществования - государство оно как, - тоже отомрёт как рудимент, или таки останется? Иначе говоря попытаемся как бы прокрутить кино в обратную сторону, но не от самого конца фильма, а примерно с середины, - с той его части, где есть и развитые институты частной собственности и давно сформировавшееся государство, просто попробуем удалить из этих реалий семью, - что выйдет?
Вот в чём вопрос.